САЙТ НЕ РЕКОМЕНДУЕТСЯ ДЛЯ ПРОСМОТРА ЛЮДЯМ МОЛОЖЕ 18 ЛЕТ

lightbulb-o Джейн Дэвитт "Рисунок с натуры"

  • Rowena Ravenclaw
  • Rowena Ravenclaw аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Переводчик ОС
  • Переводчик ОС
Больше
22 Ноя 2015 14:28 - 22 Апр 2016 22:03 #1 от Rowena Ravenclaw
Rowena Ravenclaw создал эту тему: Джейн Дэвитт "Рисунок с натуры"
Джейн Дэвитт

Рисунок с натуры
[/size]
Перевод: Rowena Ravenclaw
Вычитка: KuNe
Обложка: VikyLya
Статус: закончен

Аннотация:
У большого парня есть большой секрет. Может ли случайная встреча привести к тому, что этот секрет теперь будут знать двое?
Работа написана по фотозаявке к фестивалю «Любовь без границ» (Love Has No Boundaries) группы M/M Romance на сайте Goodreads.


Описание фотографии (авторское): На фотографии мужчина, одетый в черные чулки на кружевном поясе, спиной к камере. Кроме чулок его украшают кожаные аксессуары – перчатки, браслет-ремень, затянутый на руке выше локтя, и двойная «сбруя», ремешки которой проходят через плечо и охватывают талию. На пояснице татуировка – коптский крест, а на обнаженных ягодицах едва заметные розовые следы, как от спанкинга.
Жанры: романтика, драма, психология
Предупреждения: Детально описанные эротические сцены, нецензурная лексика, кинк.
Рейтинг: NC-17 (Е)
Дополнительные тэги: Кроссдрессинг; Нижнее белье; Спанкинг; Легкий бондаж; Ролевая игра
Благодарность:
Викуле за прекрасную обложку, за фотозаявку и вообще за все.
Калле за помощь и поддержку.

Глава 1 / Глава 2 / Глава 3 / Глава 4

Оригинальный текст

"No one else would ever measure up to Owen."(C)
"Pain is incredibly useful as a shortcut." (C)

"All the love." (C)
Поблагодарили: Калле, Viktoria, VikyLya, KuNe, Жменька, Orda, Mari Michelle, TaniaK, Peoleo, tigra_Tasha, Alexandraetc, Virsavia, Anuk, Тамаляка, Aneex, GALINA52, Rysich, Lelika, oxi, turinap, Landyish, ТанечкаТ, anglerfish, Valkiriya79, TashaBerg, innessa, Джин, ml_SElena, Naro_Law, dsDingo, Fuku, Kiiggi, pumasik123, Ingirieni, Sophia, Maxy

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Rowena Ravenclaw
  • Rowena Ravenclaw аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Переводчик ОС
  • Переводчик ОС
Больше
22 Ноя 2015 14:29 - 22 Янв 2016 16:25 #2 от Rowena Ravenclaw
Rowena Ravenclaw ответил в теме Re: Джейн Дэвитт "Рисунок с натуры"
:frower: Дорогие читатели! Пожалуйста, обратите внимание, что в этой работе описываются весьма необычные кинки и практики. (См. дополнительные тэги и описание фотозаявки) Если вам о них читать неинтересно/неприятно, наверное, не стоит и начинать. Под "спойлерами" желающие смогут увидеть достаточно откровенные фотографии.

Это не роман, такой как «Привяжи меня» или временно приостановленная «Комната под крышей». Это повесть, небольшой кусочек жизни двух не совсем обычных людей. Текст небольшой, поэтому выйдет достаточно быстро))) Всем добра.


Все еще со мной? Внимание:
ВНИМАНИЕ: Спойлер! [ Нажмите, чтобы развернуть ]

"No one else would ever measure up to Owen."(C)
"Pain is incredibly useful as a shortcut." (C)

"All the love." (C)
Поблагодарили: VikyLya, KuNe, Жменька, Mari Michelle, Filosofa, Alexandraetc, Virsavia, sta222, Marchela24, Landyish, Джин, Lena_Shine, Sola, pumasik123, Maxy

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Rowena Ravenclaw
  • Rowena Ravenclaw аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Переводчик ОС
  • Переводчик ОС
Больше
22 Ноя 2015 14:38 - 22 Апр 2016 00:09 #3 от Rowena Ravenclaw
Rowena Ravenclaw ответил в теме Re: Джейн Дэвитт "Рисунок с натуры"
-I-
В класс, где шло занятие по рисунку с обнаженной натуры, я попал совершенно случайно – ошибся дверью, но, судя по презрительным взглядам, которыми меня наградили присутствующие, мои запинающиеся оправдания никого не убедили. У ребят, видимо, был перерыв – будущие художники стояли небольшими группками и обсуждали – то есть критиковали – работы друг друга, а натурщик, закутавшись в халат, жевал яблоко.

Красный как рак, я в последний раз извинился и попытался слепо нащупать сзади ручку двери.

– Не повезло парню, – проговорил натурщик, вроде бы обращаясь к ближайшей группе, но слегка повысив голос, так чтобы его наверняка услышали все. – Небось, хотел на голые сиськи поглядеть, а тут я.

Он швырнул огрызок, прицельно попав в урну, дернул подбородком в мою сторону и недобро зыркнул голубыми глазами.
– Хорошо еще, ты сюда не вломился минут пять назад, а то вообще нарвался бы на мой «голубой» член, вот была бы моральная травма! До конца жизни бы к психологу ходил…

В ответ раздались жиденькие смешки, но я даже не улыбнулся.
– Я же сказал, что ошибся дверью. Я думал, здесь занятие по отделке помещений.

Парень закатил глаза и картинно вздохнул. Представление целое устроил, урод.
– Конечно, а листок, где написано «не входить, рисование с обнаженной натуры», видимо, с двери испарился. Или ты читать не умеешь?.. – Он в притворном ужасе прижал ладонь ко рту. – О боже, я тебя спалил? Ты шел на занятие «грамота для взрослых»? Так они по четвергам, милый, а сегодня понедельник!

– Достаточно, Джейми, – немного напряженно произнес женский голос. Не знаю, то ли ее напрягло то, что Джейми перегибает палку, то ли она сама опасалась попасть под прицел его насмешек. – Перерыв окончен. Всем вернуться к мольбертам. Джейми, позируешь три минуты, лицом к окну, смотришь назад через плечо.

Преподавательница перевела слегка извиняющийся взгляд на меня.
– Вам в соседнюю аудиторию. Когда будете уходить, посмотрите, пожалуйста, на месте ли наш листок.

Вот уж никакого листка у вас на двери точно не висело, хотел я сказать, но тут Джейми сбросил халат и повернулся в анфас, молча провоцируя меня покраснеть и отвести глаза. Он был рыжим. Длинные прямые волосы зачесаны назад, полностью открывая лицо – скорее, хорошенькое, чем соответствующее понятию «мужской красоты», тонкое, но не кожа и кости. Упомянутый член лежал призывным завитком в облаке рыжих кудряшек, и к тому моменту, как мой взгляд пропутешествовал сверху вниз, я уже пожалел, что мы с ним познакомились при таких обстоятельствах.

А вот натурщиком он был не слишком подходящим. Моя бы мама точно не побежала с горящими глазами за карандашом. То, что он симпатичный, еще не значит, что его интересно будет рисовать. Хотя, для государственного колледжа, где финансов вечно не хватает… Сойдет, кто тут будет придираться.

Я не отвел взгляда. Стоял и рассматривал его, стараясь не выдать своих желаний. Его острый язык, ясная уверенность, с которой он меня отчитывал, привлекали меня – мне хотелось еще, но какая-то часть меня все-таки оставалась равнодушной. Мне нравится, когда партнер забирает контроль, руководит мной, но для этого человек должен вызывать уважение, а Джейми на тот момент слегка не дотягивал. Слишком быстро и поверхностно судит, слишком жестоко. Ладно, не слишком. С этим я мог бы смириться. Да и с чем угодно, пожалуй, мог бы… от него.

Однако проверить эту теорию мне явно не светило. Презрительно пожав плечами, он отвернулся к окну и встал в позу – повернув голову и глядя через плечо, но не на меня, а сквозь меня.

Я вышел за дверь, поднял валяющийся в паре метров на полу листок – он лежал надписью вниз, а по обратной стороне, судя по грязному следу, уже прошлись ботинком – и повесил на место. Нашел свою аудиторию, курс «Внутренняя отделка помещений 101», получил заслуженный нагоняй за опоздание на первое занятие в семестре, но никаких струн в моей душе это не задело. Видимо, не так отчитывали.

Остаток дня я проболтался в колледже – взял пару книжек в библиотеке, кофе попил с ребятами из группы. Они, кстати, как и я, записались на этот курс, чтобы делать ремонт у себя дома. Правда, я единственный из них решился переделать все целиком от подвала до чердака.

Поесть в кампусе стоило недорого, а дома меня все равно не ждало ничего особо интересного, кроме остатков рагу в соусе карри, который вообще-то изначально готовился как Болоньезе, а потом как-то незаметно превратился в чили. А что, если переборщить с карри, он в результате перебьет любую другую приправу. Я еще с пятницы питался этим самым рагу, добавляя в него поочередно то специй, то макарон или риса, и мне это месиво порядком осточертело. Пошел, побаловал себя гамбургером, картошкой фри и салатом, ел, наблюдая, как потоки сентябрьского дождя стекают по мутному оконному стеклу, через которое, наверно, и в солнечный день мало что можно разглядеть.

Одновременно читал и даже делал пометки в блокноте, который завел, когда занялся ремонтом, и с тех пор всегда носил с собой. Записывал замеры, телефоны, рисовал наброски и запихивал образцы колеровки красок между страницами. Конечно, до покраски дело дойдет еще не скоро, но мне нравилось рассматривать образцы и думать о том, что когда-нибудь этот ремонт закончится и у меня будет дом. Не просто стены и крыша, а дом.

Поев, я закинул книжки в свой грузовичок и пешком потопал в спортзал. Если студенческий спорткомплекс меня устроит, это будет большая экономия, да и ходить удобно. Я не то чтобы качок, как, бывает, народ раскачивается до мультяшных просто рельефов, но да, я крупный и сильный, и в плане мускулов у меня есть что показать тем, кого это интересует. Однако, по иронии судьбы, то, что я вижу в зеркале, меня в других совершенно не привлекает. Мне, например, нравится, когда у парня длинные волосы, – а сам я стригусь коротко. Возни меньше, пыль смывать.

Я никак не мог выкинуть Джейми из головы. Твинк – моя любимая приправа, особенно сдобренный щепоткой изящества, надменности, очарования и ехидства, – редко когда удается встретить все ингредиенты сразу. Так что парень конкретно надавил на все мои «кнопочки». Жалко, что оказался таким козлом. Еще и тупым к тому же – как можно было не догнать, что я тоже гей? Да я запал на него, как только вошел! У меня же челюсть отвисла от восторга, а он, видимо, решил, что это от ужаса. Ну не дурак?

Выяснив, что как учащийся колледжа я могу пользоваться тренажерным залом, небольшим бассейном и душевой за номинальную месячную плату, я пошел записываться. Во время ремонта часто приходится перекрывать воду, когда возишься с сантехникой, так что душ спорткомплекса будет весьма ценной штукой – мыться где-то надо.

Вполне довольный тем, как прошел мой первый учебный день (кстати, первый за последние двенадцать лет), я двинулся обратно к машине.

На улице уже стемнело. Дождевые капли с силой отскакивали от асфальта, и ветер тут же превращал их в льдинки. В Вермонте осенью прохладно. Я наклонил голову вперед и пошел быстрее; мокрые джинсы противно липли к бедрам. Блин, и кожанка теперь, наверно, неделю будет сохнуть! У меня было два обогревателя, и я планировал установить воздушную систему отопления, но это когда еще будет! Надо поторапливаться, что ли, пока зима не наступила, а то трубы же все замерзнут.

Я шел, погруженный в свои ремонтные планы, и не сразу обратил внимание на характерное «фырканье» мотора, который не желает заводиться, но, поравнявшись с невезучей машиной, на автомате заглянул в салон. За рулем сидел Джейми. С отчаянно напряженным лицом он снова повернул ключ зажигания, но больше ни единого звука из-под капота не раздалось.

Мой грузовик стоял недалеко, и у меня там лежали провода для «прикуривания», но я не сразу решился постучать в стекло и предложить помощь. Я в целом, конечно, за то, чтобы поступать с другими так, как хочешь, чтоб поступали с тобой и все такое, и да, пару раз я так же оказывался заглохшим на дороге и мне позарез требовалось «прикурить», но блин, мне лило за шиворот, ногой я при этом умудрился встать в лужу, и мне совершено не улыбалось снова выслушивать его гадости.

А, хрен с тобой. Я постучал, он открыл дверь, и я чуть не рассмеялся, увидев, как на его лице надежда сменилась досадой. Это карма, дружок! Догнала и кусает за жопу острыми зубками. Я не стал дожидаться, пока он заговорит:
– Ага, опять я. Но побазарим потом, когда погодка получше будет. Аккумулятор сдох?

Он поднял плечо, явно демонстрируя недовольство и мной, и всей ситуацией в целом, и буркнул:
– Похоже на то.
Я предпочел проехать его невежливый тон.
– Могу подогнать свою тачку и «прикурить».
– Такому амбалу проще мою тачку туда оттащить. И в качалку ходить не надо.

Тут я, честно, начал терять терпение. Такой красавчик, конечно, может долго его испытывать, но всему есть предел.
– Шутки шутишь. Последний раз спрашиваю – помощь нужна или нет?
Он тоскливо оглядел парковку. Машины-то стоят, а людей вокруг нет. Только я.
– Похоже, нужна…

Мы с ним подключили провода, но машина не заводилась. Я газовал так, что мой несчастный грузовичок ходил ходуном, но его движок даже не дернулся.
– Совсем разрядился. Уже не завести, – сказал я, закидывая провода обратно в багажник. – Придется новый покупать.

Дождь как-то даже перестал меня напрягать. Я все равно уже был мокрым насквозь, и только капли, стекающие по лицу, слегка раздражали. Джейми же весь трясся. Его огромный лиловый свитер, намокший и бесформенный, тяжело висел у него на плечах. Ни пальто, ни куртки. На ногах кожаные ботиночки.

Стуча зубами от холода, он попытался улыбнуться:
– Съездим в «Автозапчасти»?
– Не съездим. – Я решил, что с меня на сегодня хватит. До сих пор я еще ни слова благодарности от него не услышал. – Ближайшие до восьми, и, пока мы вытащим твой аккумулятор и доедем, они закроются.
– Ну, значит, оставлю тачку здесь до завтра. Кто-нибудь из друзей подвезет.

Он пожевал нижнюю губу, чуть хмурясь, как будто мысленно прокручивал список всех лохов, готовых прибежать, стоит ему только свистнуть. Моего имени он не знал, так что, если я и был в этом списке, то под каким-нибудь кодовым названием, типа «безграмотный качок-натурал» или что-нибудь в этом же роде, и вряд ли более близкое к истине.
– Ну, пока тогда, – сказал он, очнувшись и наконец вспомнив о вежливости. – Увидимся. И спасибо, что пытался помочь.
«Но не помог», мысленно закончил я за него.

Я залез в кабину, а он запер свою машину и пошел к выезду со стоянки. Я еще повозился, устраиваясь, вытащил из спортивной сумки полотенце, вытер волосы и поехал за ним.
– Залезай! – прокричал я, поравнявшись с ним, пытаясь заглушить шум ветра и дождя. – Подвезу, если, конечно, ты не живешь где-нибудь в ста милях от города.

Промокший до костей, дрожащий, он с трудом выцарапал изо рта клок мокрых волос и сказал:
– Я не сажусь в машины к незнакомым. Расправа на почве гомофобии – не самое мое любимое развлечение.

О господи-боже, вот наказание-то!
– Меня зовут Роб Грант. И я, блин, голубее, чем небо над Парижем. Даю тебе десять секунд – либо ты садишься, либо я уезжаю, и не уверен, что не окачу тебя из ближайшей лужи.
– Бу-бу-бу, злой мачо, – передразнил он, но в голосе его послышалось и облегчение.

Мы ехали в молчании, если не считать того, что Джейми показывал дорогу. В закрытой кабине было сухо, из печки дуло уже чуть теплым воздухом, мотор постепенно прогревался. Точный адрес назвать он все же отказался, но я не мог осуждать его за излишнюю осторожность. Он даже СМСку отправил кому-то, сообщив, что случилось и в чьей он машине. Это было уже чересчур, на мой взгляд, но кто знает, в каких переделках ему пришлось побывать. Может, его и правда когда-то избили. Мне-то такое не грозило. С виду все считают, что я натурал, по крайней мере, в восьми случаях из десяти, а если кто и допрет, что я гей, то тут же представляет меня в коже и с кнутом.

Люди обычно видят то, что хотят увидеть, и мыслят стереотипами. Да, я гей. И у меня такие кинки и фантазии, что вам, блин, и во сне не приснится, но они совсем не о том, чтобы стоять на коленях и вылизывать кожаные сапоги, и даже не о том, чтобы эти самые сапоги носить, хотя спасибо, конечно, лестно.

Есть вещи, от которых меня плющит так, что дыхание останавливается, но об этом я никогда никому не рассказывал, даже самым понимающим бойфрендам. Пару раз почти решался рассказать, но меня останавливал страх. Я боялся, что надо мной будут смеяться, что пойдут слухи, и ни один парень больше не захочет со мной спать.
Боже, ну и трус же я.

Оказалось, мы с ним живем в одном районе. Мы ехали тем же путем, которым бы я ехал и так, даже пару раз свернули в давно разведанные мной лазейки, чтобы сократить дорогу. Это сильно приближало момент погружения в горячую ванну с обязательным холодным пивом в руке, и я даже почти перестал злиться.
– Вот здесь высади, – сказал он.

Я свернул на небольшой островок между супермаркетом, в котором регулярно затаривался продуктами, и хозяйственным, которому за пару месяцев, похоже, сделал годовой план, покупая инструмент и материалы. Жилых домов поблизости не было, а дождь все еще лил, как из ведра.

– Я живу совсем рядом, Эшбери, 52, – сказал я. – Могу тебя прямо до дома довезти без проблем, а если бы я хотел выяснить, где ты живешь – а я не хочу, – я бы и в Интернете посмотрел. Так что прекращай от меня шарахаться как от чумного и скажи адрес.
– Мне дальше, – наконец сказал он, обдумав мои слова. – После поворота на Уилтон третий дом слева.

Это уже почти тянуло на извинение, так что я кивнул, развернулся и снова выехал на дорогу.
– А мой – вот этот, – я показал ему свой дом, когда мы проезжали мимо.
Он вытянул шею.
– Ты здесь живешь?!
Ну и откуда такое удивление?
– Ну да. Я его сейчас ремонтирую.
– Я знаю этот дом, он классный. – Его голос наконец потеплел. – Со своим характером. Так обидно, столько стоял, гнил без хозяина. Этот розоватый кирпич на солнце становится совершенно невероятного оттенка…

Я и сам влюбился в этот дом, как только увидел его снаружи, а оценив внутренние возможности, совсем потерял голову. Еще день или два усердно делал вид, что обдумываю предложение, но на самом деле с трудом удержался от того, чтобы подписать бумаги немедленно, хотя и видел и растрескавшуюся штукатурку, и сгнившую деревянную отделку, и торчащие провода. Так что Джейми нисколько не преувеличивал его плачевного состояния.
– Ты мне будешь рассказывать! Я не знаю, за что хвататься. Начинаю делать одно, выясняется, что сначала надо сделать что-то другое, а до этого что-то еще, и так по кругу, как тот чувак с дырявым ведром из детской песни(1) .

Очуметь, прямо ведем светскую беседу.
– Скажи честно – я вел себя, как мудак? – спросил Джейми.
Ну уж нет, просто так тебе это с рук не сойдет.
– Ага. И сначала в колледже. И потом на парковке. Как полный, абсолютный, совершеннейший мудак.
– Просто некоторые правда заходят специально, – помолчав, сказал он. – В смысле, посмотреть на «обнаженную натуру». Думают, там красотка какая. А когда видят, что не красотка… натурщику бывает очень неприятно.
– Я знаю, какими чаще всего бывают натурщики, – сказал я, но объяснять не стал.

В детстве я постоянно играл в уголке, стараясь не шуметь, пока мама работала. Я вырос с мыслью, что обвисшая морщинистая кожа – это «интересно» и «рисовабельно», а не отвратительно. И у меня не было особых комплексов по поводу «обнаженки». Кожа и кожа.
– Я сегодня позировал, потому что пришлось заменить Сару, – сказал Джейми. – Она вчера стала бабушкой, и, естественно, осталась с дочерью, ворковать над младенцем…
– Ммм-ммм, – я решил поддержать разговор. – То есть, ты тоже здесь учишься?
– Учился. А теперь веду вечерние занятия, акварель для начинающих, и числюсь запасным преподавателем факультета искусств. Счета оплачивать хватает. По крайней мере, один счет. Или два, если прибавить то, что я трачу в кафешке – подсел на их имбирное печенье на патоке.
– Н-да, жизнь дорожает, – согласился я.

Я получил после мамы приличное наследство, но деньги свалились на меня слишком рано, и это казалось неправильным. Я вообще представлял себе, что она умрет лет этак в девяносто, все еще сжимая кисть в изуродованных артритом пальцах. Она не дожила даже до пятидесяти. Потеря совершенно выбила почву у меня из-под ног, и наследство оказалось скорее тяжким грузом, чем способом выжить; оно сдерживало меня, поскольку его было слишком много.

Я какое-то время побарахтался, а потом учредил пару художественных стипендий ее имени, купил дом, чтобы отремонтировать и перепродать, а оставшиеся деньги инвестировал, чтобы сделать их на какое-то время недоступными. К роскоши меня не тянуло, а на жизнь хватало процентов. Этот дом был уже третьим и самым сложным моим проектом. В этот раз я собрался все полностью сделать своими руками. Первые два требовали только косметического ремонта, ничего капитального, и при необходимости я нанимал бригаду. В этом же доме я собирался жить. Закончу ремонт, буду искать работу. Может, куплю следующий дом для перепродажи, может, еще чем займусь.

– Картины тоже иногда продаются, – сказал Джейми. – Мы летом снимаем палатку на местной ярмарке на несколько человек. Но особо много не зарабатываем. Если б я получал доллар каждый раз, когда покупатель ворчит, что у него ребенок четырехлетний лучше нарисует, я б уже миллионером был.

Я не выразил желания посмотреть его работы – никогда не мог врать, что чьи-то картины хороши. Ему на вид было лет двадцать пять, а может, и того меньше. Слишком молод, чтоб ему действительно было что сказать через искусство. Поэтому я ответил нейтральным «угу», которое он был волен истолковать и как проявление интереса, включил поворотник и подъехал к его дому.

Мы остановились прямо под фонарем, так что я мог спокойно рассмотреть его, и он, видимо, делал то же самое, потому что выходить из машины не торопился.
– А ты правда гей?
– Правда.
– Я тебе нравлюсь?
Вопрос прямо в лоб.
– Ага, люблю мудаков. Хотя не уверен, что люблю их в сочетании с огромным самомнением. Лучше с огромным членом.
– Видишь, у нас есть что-то общее, – ухмыльнулся Джейми. Чувство вины за недавнюю грубость его явно больше не тяготило, и я тоже решил не заморачиваться. Проехали.
– Ну… – я прокашлялся, аккуратно намекая, что ему пора, – пока. Увидимся.

Наверно, мои слова окончательно убедили его, что меня можно не опасаться.
– Не хочешь зайти? Я тебя кофе угощу, в благодарность, что подвез.

А вот это уже не в лоб.
– Это кодовая фраза? Если она означает зайти, снять штаны и трахаться, то я пас.
Он рассмеялся низким хрипловатым смехом, и интимность этого звука только подчеркнула, насколько пуста моя личная жизнь.
– Кофе и ничего, кроме кофе, клянусь. Если бы я имел в виду секс, я бы так и сказал.
Я колебался, чувствуя, что из этого может что-то выйти, и не зная, стоит ли хвататься за эту возможность или лучше уж отказаться.
– Мне переодеться надо. Я же тоже мокрый весь.

Он пнул мою спортивную сумку, которая стояла у него в ногах.
– А тут ничего нет подходящего?
– Ну, если ты хочешь, чтобы я у тебя пил кофе в майке и спортивных шортах…
По крайней мере, форма была чистой. Я собирался пойти в спортзал до занятий, но не успел – пришлось заехать еще в пару мест.
– С удовольствием полюбуюсь. – Он полностью развернулся ко мне. – Пойдем? Пожалуйста.

И я сдался. Теперь, когда он раскрылся, и я увидел его улыбку, я просто не мог ему отказать.
– Ладно, но учти, меня сильно расстроит, если у тебя только растворимый.
– Если хочешь, можешь смолоть лично, – развеселился Джейми. – Вручную.
– Раздавлю каждое зернышко пальцами, как орех, – пообещал я.

Это, видимо, был старый особняк, переделанный под квартиры; Джейми жил на верхнем этаже. Дом был не в лучшем состоянии, но он предпочел не извиняться за обшарпанные стены и протертый ковролин на лестнице. В его квартире пахло чистотой, к этому запаху примешивались знакомые ароматы красок и очистителя для кистей. Войдя, мы оказались в просторном помещении, из которого вели две двери, в спальню и в ванную, а на стенах повсюду висели картины – некоторые, возможно, его авторства. На одной из стен располагался коллаж из нескольких репродукций без рам – живое и яркое пятно цвета, уже само по себе настоящее произведение искусства.

Я переоделся – слава богу, на дне сумки нашлись приличные треники – и пошел смотреть картины. Остановился перед знакомой репродукцией – «Пируэт», самая известная мамина работа, от которой она потом отказалась именно из-за ее чрезмерной популярности. Мне это тогда казалось претенциозностью, но «Пируэт» все равно не был одной из моих любимых картин.

Подошел Джейми, неся две кружки с кофе.
– Я схитрил, – сказал он. – У меня капсульная кофемашина. Лучше, чем растворимый, но хуже, чем свежемолотый. Зато быстро.
– Нормально.
С первым же глотком по телу разлилось приятное тепло, но присутствие Джейми, который стоял совсем рядом, превращало его в настоящий жар.
– Это Дженна Валенс, – сообщил он.
– Я знаю. – Я указал на ее крупную размашистую подпись, которая, как ни странно, не выглядела здесь лишней, а казалась полноправным элементом картины. – Я умею читать. Тут ты тоже облажался.
– О боже, не напоминай мне! Давай притворимся, как будто меня на тот момент подменили инопланетяне, а? – Он провел рукой по мокрым волосам и поежился. – Мне тоже надо переодеться.
– Тебе нравится? В смысле, картина, – спросил я. Мне было плевать, даже если он ее раскритикует, а маме тем более, просто было интересно, что он о ней думает.

– В ней есть определенный скрытый эротизм, но работа сама по себе довольно незрелая. Более поздние ее вещи гораздо лучше. А знаешь, она ведь была из наших мест. Погибла несколько лет назад в Мексике – попала в селевой поток после бури. Ужасная потеря для искусства.
– И для меня, – прошептал я, когда он ушел переодеваться.

Я только надеялся, что это случилось быстро. Хотя как это могло быть быстро?! Стоять и смотреть, как целый склон холма отрывается и движется вниз на их группу, гигантский поток грязи и камней, который не остановить и от которого не убежать, пока их всех не поглотила земля. Я потом кремировал тело и развеял пепел над океаном, чтобы не отдавать ее земле во второй раз.

Вернулся Джейми. С потемневшими от воды волосами, которые отливали сейчас не броской медью, а скорее бронзой. В узких черных джинсах и черном же свитере «с горлом». Сегодня днем я видел его голым, а сейчас открытыми оставались только лицо и руки, но он был ничуть не менее привлекателен. На левую руку он надел широкий кожаный браслет – я заметил, когда он заправлял прядь волос за ухо. А до этого кожаные ботинки… Может, это ничего и не значило, но я унаследовал от мамы способность замечать и анализировать детали. Правда, в отличие от нее, я даже ровную линию провести не могу, а она всегда смеялась над моими ужасными оценками по изо и говорила, что одного артистического темперамента в семье вполне достаточно.

– Ну, как кофе?
Я сделал еще пару глотков. Кофе чуть остыл, можно было распробовать вкус. Слабоват.
– Нормально.
– Сделать еще?

Я покачал головой. Куда еще, я сегодня уже шестую чашку пью, если считать с завтрака. И, если сексом заниматься мы не собирались – а мы, вроде как, с этим определились, – о чем нам тут еще говорить?

Оказалось, много о чем. Он усадил меня на диван, непринужденно задавая вопросы, рассказывая анекдоты и случаи из жизни, проявляя очевидный интерес к тому, что говорю я, и, похоже, непритворный. Я расслабился и позволил себя увлечь, и, хотя часть меня оставалась начеку, сбегать я не торопился. Болтать с ним было всяко приятнее, чем шкурить стены, когда строительная пыль забивает рот и нос даже через респиратор.

– Ну что, я достаточно постарался, чтобы загладить плохое впечатление? – спросил он, когда мы обменялись парочкой кошмарных историй о неудачных свиданиях.

Если это было все, чего он добивался, то это произошло еще в машине, но я неопределенно покрутил рукой:
– Ты на испытательном сроке.
Он поднял тонкие брови:
– То есть, мне придется все время хорошо себя вести?
О, я прекрасно знал правила этой игры.
– Хорошо необязательно. Вежливо – да, но безобразничать можешь сколько угодно.

Джейми провел пальцем по кожаному браслету на запястье:
– Вежливость – я только за, а вот безобразничать – не особенно. Я именно поэтому так взбесился сегодня, когда ты вошел в класс – решил, что ты проигнорировал указание, а я в некотором роде… одержим контролем. Улавливаешь идею?

Он говорил практически открытым текстом, и, хотя я не разделял его кинк, у меня все тело вдруг заныло от горла до яиц, так мне захотелось опуститься перед ним на колени и шепотом повторять «пожалуйста, сэр» и благодарить за каждое прикосновение, неважно, ласковое или жесткое. Я не мог понять, почему он так на меня действует, но чем дольше я слушал его хрипловатый голос, чем больше видел настоящего Джейми, а не ту ехидную, надменную, капризную маску, которую он показывал миру, – тем сильнее становилась его власть надо мной.

– Ты вполне ясно выражаешься, но я в эти игры не играю. А если и играю, то не всерьез. Пару раз пробовал спанкинг и связывание, но скорее из любопытства, чем из-за чего-то еще. – Я пожал плечами, чувствуя возбуждение, но не от воспоминаний, а от интимности самого факта, что я рассказываю ему о своей сексуальной жизни. Моя откровенность уже свидетельствовала о том, насколько комфортно я себя с ним чувствовал. – С одним парнем это было здорово, с другими не особо.

– Я пока исследую эту часть себя, – сказал Джейми, точно так же пожимая плечами. – Но если ты совсем не по этому делу, забей. Это не главное.

– Я, вообще-то, просто кофейку зашел попить, – напомнил я, хотя и понимал, что мы с ним на этом не остановимся. Я сам этого хотел – хотел Джейми, – но я заранее знал, каким будет конец у этой истории. Мы займемся сексом, и мне это понравится, и я, конечно, сделаю все возможное, чтобы было хорошо ему. Но я все равно буду знать, что не открылся до конца, и, если мы продолжим встречаться, моя неспособность к полной откровенности рано или поздно все испортит.

Но и рассказать ему о своем кинке в обмен на его откровенность я тоже не мог. Практики БДСМ в наше время стали почти мейнстримом, да он и сам сказал, что пока только экспериментирует, а не считает это стилем жизни, так что обмен вряд ли будет честным.

В конце концов, я решил не заморачиваться, распрощался с Джейми и вышел в тихую ясную ночь. Дождь перестал, и только тротуары глянцево блестели от луж. Я не стал оборачиваться на его освещенные окна, но возникшая между нами связь все еще держалась, так что я знал, что он смотрит мне вслед.

В спальне, которую я более или менее закончил, чтобы где-то ночевать и держать одежду в относительной чистоте от цементной пыли, было тепло – я успел слегка подмерзнуть в машине. Печку надо бы отрегулировать до зимы. Еще одно дело в бесконечном списке моих «надо». Ванной при спальне можно было пользоваться; я встал под душ, стараясь не разглядывать трещины на стенах и оббитую местами плитку. Если определенным образом прищуриться, я мог легко представить себе, как здесь будет потом.

В спальню я вернулся голым, собираясь натянуть на влажное тело уютную теплую толстовку и свободные штаны с начесом, в которых было удобно ходить по дому и работать, но, уже взяв штаны в руки, я снова отложил их и подошел к большому комоду в углу. То, что мне хотелось сейчас надеть, лежало в самом нижнем ящике; пришлось опуститься на колени, и это движение заставило мой член напрячься в предвкушении.

Я не считал это ритуалом. По крайней мере… нет, все равно нет, это просто меня возбуждало, я этим пользовался для самоудовлетворения, когда был слишком вымотан или раздражен, и мне требовался дополнительный стимул. Не уверен, что это бы сработало во время настоящего секса, с партнером, – еще одна, кстати, причина, по которой я не испытывал желания с кем-то поделиться – для чего? Даже если бы человек не стал смеяться или осуждать меня – какой в этом смысл? Для секса я привык раздеваться, а не наряжаться.

Но вот когда я ласкал себя в такие моменты, когда мое тело пело от желания, и ему требовался голос, – я делал это, одевшись в шелк, атлас и кружева.

Дизайнеры создают эти вещи не для женщин – эти изысканные ажурные лоскутки шьются для мужчин. Для таких мужчин, как я. И нет, озабоченным подростком я не дрочил, стащив мамины трусики. Господи, да у меня яйца съеживаются от одной мысли.

Я вынул одни, из нежно-голубого атласа с крошечным темно-синим бантиком у верхнего края, который лишь слегка оттенял простоту кроя. Мои огрубевшие от работы пальцы цепляли деликатную материю, и я подумал, что надо бы перчатками пользоваться, хотя бы когда шлифуешь поверхности.

Откинувшись на кровать, я надел их; от прохладного атласа по коже пошли мурашки. Чуть вздрагивая, я приподнял бедра и подтянул их на место. Пару раз поправил, хотя никакой необходимости в этом не было, – просто чтобы потянуть момент, прежде чем наконец прикоснуться к члену через атлас.

Смотреть на себя в этом белье добавляло восторга. Я взбил подушки и откинулся на них, наслаждаясь тем, как гладкая ткань ласкает кожу. Посмотрел вниз. Ммммм. Дааа… Я никогда не видел другого парня в таких, только фотографии на сайтах, где заказывал эти вещи. Но если бы увидел, я бы зарыдал. Если Джейми так сильно хотел увидеть меня на коленях, ему достаточно было бы надеть шелк и кружева, и я бы тут же пал к его ногам, с готовностью открывая губы, даже если бы просто знал, что такое белье одето у него под джинсами.

Я провел кончиком пальца по всей длине, сдерживая стон, отказывая себе в удовольствии выразить звуками, как это хорошо. Еще немного, и я уже не смогу больше сдерживаться, начну хрипло выдыхать бессвязные фразы, только подстегивая этим собственное возбуждение, пока меня наконец не сорвет в головокружительный штопор, и сперма не пропитает шелковую ткань, не растечется темным пятном…

Уже скоро. Я обхватил рукой мошонку, согревая атлас, обтягивая им тугую выпуклость, и позволил мыслям вернуться к Джейми. Интересно, он тоже дрочит сейчас, или я все разрушил, сказав ему, что не хочу быть его сабом? А если бы согласился? Что бы он захотел со мной сделать? Выпороть? Возможно… На колене было бы, наверно, неудобно – я слишком крупный и тяжелый. Может, на кровати, на четвереньках? Голову опустить, зад приподнять… о боже, а если бы он порол меня в моих прозрачных белых трусиках, и моя пылающая задница просвечивала бы через них розовым узором…

Я бурно кончил, гораздо раньше, чем ожидал, конвульсивно толкаясь бедрами и трахая воздух, и теплое влажное семя потекло по члену, все еще укрытому атласом. Сердце бухало, все тело покалывало, а кожа стала такой чувствительной, что, когда я слегка пришел в себя и попытался их снять, из меня плеснула последняя капля и вязко растеклась по головке…

О господи. Это вот что только что было, а?
___________
1 Герою песни для починки ведра требовалась солома, чтобы ее отрезать, был нужен топор, поточить топор нужен камень, намочить камень нужна вода, а ведро-то дырявое.

Глава 2

"No one else would ever measure up to Owen."(C)
"Pain is incredibly useful as a shortcut." (C)

"All the love." (C)
Поблагодарили: Калле, Viktoria, VikyLya, KuNe, SvetВладимировна, Жменька, ninych, Mari Michelle, TaniaK, Peoleo, Alexandraetc, Virsavia, RozaliKallen, Anuk, Анхэна, SMarseleza1, turinap, ТанечкаТ, indiscriminate, Gosh, innessa, Naro_Law, Fuku, Sola, the-mystery, Sophia, Maxy

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Rowena Ravenclaw
  • Rowena Ravenclaw аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Переводчик ОС
  • Переводчик ОС
Больше
22 Ноя 2015 14:42 - 22 Янв 2016 16:27 #4 от Rowena Ravenclaw
Rowena Ravenclaw ответил в теме Re: Джейн Дэвитт "Рисунок с натуры"
:popcorn:

ВНИМАНИЕ: Спойлер! [ Нажмите, чтобы развернуть ]

"No one else would ever measure up to Owen."(C)
"Pain is incredibly useful as a shortcut." (C)

"All the love." (C)
Поблагодарили: TaniaK, Peoleo, ТанечкаТ, indiscriminate, pumasik123

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • SvetВладимировна
  • SvetВладимировна аватар
  • Wanted!
  • Модератор ОС
  • Модератор ОС
Больше
22 Ноя 2015 17:12 #5 от SvetВладимировна
SvetВладимировна ответил в теме Re: Джейн Дэвитт "Рисунок с натуры"
ой как мило)))

Трудный народ эти женщины! ©
Поблагодарили: Rowena Ravenclaw

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
22 Ноя 2015 17:20 #6 от VikyLya
VikyLya ответил в теме Re: Джейн Дэвитт "Рисунок с натуры"
Не просто мило, завораживающе :dreamy:
Пока подбирала фото для обложки, столько насмотрелась... оказывается, парни в кружевных трусиках и чулках выглядят просто невероятно эротично :shy:

…you only ever regret the things you didn’t do, never the things you did.
Поблагодарили: Rowena Ravenclaw

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Fuku
  • Fuku аватар
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
  • зрит_в_корень
Больше
22 Ноя 2015 22:20 #7 от Fuku
Fuku ответил в теме Re: Джейн Дэвитт "Рисунок с натуры"
Божечки, какая нямка!
Rowena Ravenclaw, спасибо огромное за выкладку! Только, пожалуйста, продолжайте переводить, потому что страсть как хочется узнать, найдут ли друг друга два кинка.

Никогда не представляла себе сильный пол в кружавчиках (максимум, корсет :shy: ), но то, что предстало пред моими очами в красивом переводе и с картинками - просто головокружительно, я вам скажу! :dreamy:

Так же спасибо помощницам Ровены!
Девочки, вы просто Супер!

ЗЫ. Отдельное спасибо за ссылку на сайт с текстом. Вот столько там вкусного.....
Поблагодарили: VikyLya, Rowena Ravenclaw

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Rowena Ravenclaw
  • Rowena Ravenclaw аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Переводчик ОС
  • Переводчик ОС
Больше
22 Ноя 2015 23:29 #8 от Rowena Ravenclaw
Rowena Ravenclaw ответил в теме Re: Джейн Дэвитт "Рисунок с натуры"
Я вас могу обрадовать - он уже переведен))) И даже наполовину отбечен))))) Завтра-послезавтра появится вторая глава))) И новые картинки))))

"No one else would ever measure up to Owen."(C)
"Pain is incredibly useful as a shortcut." (C)

"All the love." (C)
Поблагодарили: KuNe, Fuku

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • KuNe
  • KuNe аватар
  • Wanted!
  • Редактор ОС
  • Редактор ОС
  • Властительница табуретки
Больше
23 Ноя 2015 00:13 #9 от KuNe
KuNe ответил в теме Re: Джейн Дэвитт "Рисунок с натуры"
уиии :)
рассказ интересный, но тут и правда не совсем обычные кинки. и хотя вид мужчин в кружевах не обычен, но тут нет желания назвать Роба принцессой или девочкой. что есть гуд :embar:

"многие хотят, чтобы было по ихнему. но так не будет. потому что нет такого слова"
Поблагодарили: VikyLya, Rowena Ravenclaw

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
23 Ноя 2015 08:01 #10 от anakondra
anakondra ответил в теме Re: Джейн Дэвитт "Рисунок с натуры"
Мрррр какое тело в кружевах :flirty: ....дайте два! Такая красота, слов нет одни :drool: !!!!
Поблагодарили: Rowena Ravenclaw

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Fuku
  • Fuku аватар
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
  • зрит_в_корень
Больше
23 Ноя 2015 14:19 #11 от Fuku
Fuku ответил в теме Re: Джейн Дэвитт "Рисунок с натуры"
Замечательно! Уже предвкушаю!

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
23 Ноя 2015 14:31 - 23 Ноя 2015 14:35 #12 от VikyLya
VikyLya ответил в теме Re: Джейн Дэвитт "Рисунок с натуры"
Вот похожий на героя красавчик)))

ВНИМАНИЕ: Спойлер! [ Нажмите, чтобы развернуть ]


Мужественный и прекрасный в голубом атласе)))

…you only ever regret the things you didn’t do, never the things you did.
Поблагодарили: Калле, KuNe, TaniaK, Peoleo, pumasik123, Rowena Ravenclaw

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
23 Ноя 2015 16:54 #13 от ЛеляV
ЛеляV ответил в теме Re: Джейн Дэвитт "Рисунок с натуры"
Ох как круто! Спасибо! :flirty2:
Поблагодарили: Rowena Ravenclaw

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
23 Ноя 2015 19:04 #14 от Gosh
Gosh ответил в теме Re: Джейн Дэвитт "Рисунок с натуры"
Я даже вспомнила свой аккаунт, чтобы прокомментировать.
Очень понравилось.
Отлично прописанный главный герой. Получился такой нормальный мужик, живой, естественный.
С кинком, но без загонов, что особенно редко встречается.

Кинк из тех, которые скрываешь, но при этом у героя принятие себя, понимание возможных проблем и отсутствие самомозгоебства. Супер!
Буду ждать развития событий.
Поблагодарили: Калле, Rowena Ravenclaw

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Rowena Ravenclaw
  • Rowena Ravenclaw аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Переводчик ОС
  • Переводчик ОС
Больше
23 Ноя 2015 22:32 - 29 Ноя 2015 23:23 #15 от Rowena Ravenclaw
Rowena Ravenclaw ответил в теме Re: Джейн Дэвитт "Рисунок с натуры"
Глава 1
-II-
В следующий раз мы с ним встретились через несколько дней, теперь в библиотеке. Он был с группой студентов, они сидели вокруг стола в читалке и что-то обсуждали вполголоса. Я заметил его сразу, как вошел, и устроился со своим ноутбуком в общем зале так, чтобы видеть его, но не пялиться слишком откровенно.

Когда они закончили, он вышел, продолжая на ходу разговаривать с теми, кто побыстрее собрался, но взгляд его при этом был прикован ко мне, как прилипает магнит к холодильнику.
Щелк.
Ну да, незримая связь. Круто.

Отвязавшись от студентов, он подошел и дружески поздоровался, усаживаясь за стол напротив меня, как будто продолжая нашу предыдущую встречу.
– Привет, Роб.
– Привет.
Удивительно, но я не почувствовал неловкости, несмотря на то, что в прошлый раз, пожалуй, открыл ему больше, чем обычно открываю чужим, – но он и не казался мне чужим. Он казался своим, хотя мы провели вместе всего час, и для меня это был огромный прогресс. Я даже задумался, а не стоит ли позволять таким вещам случаться чаще, раз получается, что долгий путь узнавания друг друга можно сократить, оставить бессмысленные хождения вокруг да около и отвлекающие маневры.

Мне просто необходимо было выяснить, хочет ли он меня. Место, конечно, для такого разговора я выбрал неподходящее – хотя я тут слышал, как девицы в голос обсуждали вибраторы в очереди в столовке, а клуб «Альянс геев и натуралов» по громкой связи поздравили с тем, что количество его членов достигло сотни. Может, мне и надо слегка пересмотреть свои взгляды на подобные вещи. Это все-таки не школа, где, чтоб сказать кому-то, что ты гей, надо быть либо безумным героем, либо идиотом.
– Можно тебя спросить?
– Конечно. – Он наклонился ко мне, поставив локти на стол и устроив подбородок в сложенных ладонях, и подмигнул. – Все, что угодно, только не кто я по гороскопу. Это я рассказываю только на третьем свидании.

Это снова был «парадный фасад» Джейми – его смелая, насмешливая, озорная и насквозь фальшивая маска. Может, он еще больше, чем я, жалеет о том, что открыл лишнего?
– Ты говорил, что… эм… экспериментируешь с… такими, помнишь… я сказал, меня эти игры не интересуют, но… меня очень интересуешь ты, и я подумал, может…
– Может, я бы поэкспериментировал с тобой?

Мне даже в зеркало не требовалось смотреть, чтобы знать, что я краснею. Этот жар, шедший изнутри, вернул меня в ту фантазию, в которой Джейми меня порол, что совершенно не способствовало тому, чтоб горящие щеки остыли.
– Просто ответь мне на вопрос.
Горло сдавило от волнения, но голос мой прозвучал низко и глухо совсем не из-за этого.

Джейми моментально перестал кривляться и посмотрел мне в глаза.
– Я хочу, чтобы ты правильно меня понял. Ты же был у меня – видел, что никаких кнутов и цепей там нет. Просто я предпочитаю контролировать… вести во время секса. Я не планирую заранее сцены, не организовываю ничего, просто с подходящим партнером иногда… играю в ролевые игры. Не садо-мазо. Ну, если только совсем чуть-чуть. О господи… – выдохнул он и тоже слегка покраснел, не сильно, скорее, до цвета клубничного мороженого, чем самой клубники. – Слушай, это слишком серьезный разговор для людей, которые, считай, только познакомились, а? Типа, личное…

– Нам необязательно обсуждать это здесь. Нам вообще необязательно об этом говорить. – Я захлопнул ноутбук. – Я понял твой ответ.
Я уже хотел подняться, но он успел схватить меня за руку.
– Какого… Мой ответ «да», куда ты собрался?!
Черт.
– Я подумал, что это отказ. Прости.
Джейми закатил глаза.
– Конечно, я всегда отказываю горячим парням, которые предлагают себя в качестве сабов.
– Я не… – начал я, но не договорил. Я, как бы, предложил.
– Боже, я уже сейчас завелся, – сказал Джейми, выдыхая воздух сквозь сжатые губы.
Это было настолько неожиданно, что я фыркнул.
– И, смотрю, не стесняешься об этом сообщать?
Он снова наклонился ко мне и покачал головой, глаза его заблестели.
– Я вообще особо не стесняюсь. Окей, значит, мы на одной волне. Отлично. Пора переходить от слов к делу?

Я медленно кивнул. Он не единственный, кому сейчас придется немного посидеть, прежде чем можно будет встать и пойти. Мой член тяжело лежал на бедре, и я не отрываясь следил глазами за каждым движением Джейми, пытаясь прочесть его, неосознанно ища подсказки, которым я мог бы следовать. Мне хотелось, чтобы он остался мною доволен! Новизна этого ощущения ударила мне в голову; я был потрясен, ошеломлен. Зачем я это делаю? Я мог попасть к нему в постель и не подписываясь на это.
– Так. Сегодня в восемь. У меня, – он не спрашивал, а утверждал.

Я облизал губы, чтобы привлечь его взгляд, и предложил:
– Это еще так долго. Может, найдем здесь пока тихое местечко? Посмотришь, как я выгляжу на коленях.

Если он и был близок к тому, чтобы согласиться, то ничем себя не выдал. Вместо этого он толкнул меня ногой под столом, что я воспринял как абсолютно заслуженное предупреждение.
– Я сказал, сегодня в восемь, Роб. Если бы мне требовался минет, я бы велел тебе переместить свою задницу в триста двадцатую аудиторию. Больше не заставляй меня повторять дважды.

Мое лицо все еще горело, но уже не от смущения, а от возбуждения. Это была новая игра; я быстро учился правилам и проверял его, испытывал на прочность, нащупывал границы допустимого, как для него, так и для себя.

Так, я, видимо, двинул фишку слишком далеко вперед и должен извиниться. Четыре простых слова мгновенно сложились у меня в голове в готовую фразу, и я прошептал ее как признание, опустив глаза и пытаясь подавить в себе протест – почему я это делаю, я же такого не…
– Да, сэр. Прошу прощения.
Меня буквально подбросило от возбуждения. О господи, твою мать, как же горячо говорить это и видеть, как в нем поднимается ответное желание, узнаваемый голод.
– Нетерпеливый, – сказал он с упреком, но при этом легко постучал носком по моему ботинку, кожа по коже, и это прикосновение я ощутил, как ласку.
***
Квартиру освещали два светильника, вмонтированных в пол, и колеблющееся пламя свечей, горевших в большой стеклянной чаше на журнальном столике. В углах залегли тени, делая помещение меньше. Но я почти ничего этого не видел; центром моего внимания был Джейми. Волосы, собранные в хвост кожаным шнурком; простая белая футболка, джинсы, местами вытертые до почти такого же белого цвета. Босые ноги. Никаких черных кожаных ботинок – вообще никакой кожи. Стало быть, играем без униформы. Я так и вообще не собирался долго оставаться одетым; пока же на мне были черные джинсы и футболка, наиболее близкая по цвету к сиреневому из всего, что нашлось в моем гардеробе. Не знаю, поймет ли он намек.

Я отдал ему куртку и скинул ботинки, оставив их у двери рядом с его обувью.

Он медленно оценивающе оглядел меня, и я не отвел глаз, уже в предвкушении.
– Не передумал? Будем играть… со всеми прибамбасами?
Я кивнул. С прибамбасами? Интересное выражение.
– Ну да, конечно. А ты что нервный-то такой? У тебя, вроде, все должно быть под контролем.

Он ужасно мило сморщился, но потом, видимо, сообразил, что эта гримаса делает его раза в два моложе, и постарался придать лицу более расслабленное выражение.
– Что-то мне подсказывает, что, если я запорю сегодняшний вечер, второго шанса у меня не будет. А если придется слишком много идти на компромисс, мне самому это не доставит радости. Так что, да, я нервничаю, но давай я просто начну по своему усмотрению, а ты, если поймешь, что я делаю не то, и тебе это не в кайф, просто скажи. Лучше так, чем продолжать и совсем сбить нужное настроение.
– Согласен.

Он пошел к дивану, и я автоматически двинулся за ним. Мы сели рядом, но не касаясь друг друга, отчего предвкушение стало еще сильнее. Я и раньше отмечал его энтузиазм и готовность пуститься с места в карьер.
– У меня есть одна идея, которую я хочу попробовать с тобой. Ничего такого – ни боли, ни бондажа, – но чуть интереснее, чем обычный трах. Только ты должен позволить мне контролировать сцену.

Я даже позавидовал его способности спокойно говорить то, что он думает, и просить о том, что хочет получить. Он приглашал меня разделить его фантазию – как будто протягивал подарок, и, хотя я еще не знал, что там, в коробке, сам жест был, безусловно, хорош.
– Окей. Я сказал тебе, что готов попробовать, и я не передумал. Если мне не понравится, я ничего не теряю, кроме пары часов.

Он усмехнулся.
– Тебе понравится. Ладно, слушай, прежде чем мы начнем, меня тут попросили сделать пару артов по фотографиям для одного журнала – статья о винтажном гей-порно. Знаешь, как Том оф Финланд(2) работал? Ну вот, они считают, что это будет интересно и в тему.

Я слегка обалдел от того, как он вдруг ни с того ни с сего переключился на работу, но, когда до меня дошло, что именно он сказал, я сообразил, что это не пауза перед игрой. Это вводный раунд. А рисунки Финланда я обожал еще с тех пор, как подростком наткнулся в букинистическом на его книжку, – эти невероятных размеров стоящие члены, мускулы, кожаные вещи... Реакция моя была простой и грубой: я дрочил, пока не натер член и не потянул запястье. Такого со мной больше не случалось, до тех пор пока я не обнаружил, что шелк и кружева заводят меня ничуть не меньше, чем запах и текстура кожи.

Интересно, он говорит о настоящем заказе, или это легенда для ролевой игры? Неважно.
– Да, я слышал, что он рисовал с фотографий.
– Ты бы ему подошел. Как модель.
– Ага, если б у меня член был сантиметров на пятнадцать длиннее.

Мы оба рассмеялись, а потом Джейми снова посерьезнел.
– Полностью обнаженным позировать не понадобится, по крайней мере, не в анфас, но, как ты понимаешь, некоторые участки тела придется показать. Мы с тобой договоримся. И да, я заплачу, конечно, по стандартной ставке, устроит? У тебя обычные расценки?

Фотомодель?.. А что, я мог бы быть фотомоделью. Никогда не пробовал, правда, но подыграть можно.
– По стандартной устроит. И я не против демонстрировать некоторые… участки. Мой агент тоже не возражает, если сделаешь со вкусом.

Я поднял руки, откровенно позируя перед ним, делая вид, что не замечаю восхищения в его глазах:
– Ладно, чувак, я все понял. Давай. Мне свои шмотки снимать? Ты, небось, что-то другое на меня наденешь? – Я стянул с себя футболку и бросил ее на спинку дивана. – Или ты хочешь сначала поиграть, а работать потом?

Восхищенный взгляд приобрел стальную жесткость. Так, понятно, я слегка переборщил.
– Мне не нравятся слишком самостоятельные модели, – сказал Джейми. – Фотосессией руководит один человек, и этот человек – я.
Я потупился, смущенно поглядывая на него сквозь ресницы.
– Извини. Увлекся. Представить только, меня напечатают в журнале!
– Покажи-ка мне, как сильно тебя увлекает эта идея. Встань.

Я сглотнул. Игра игрой, но это не значило, что я вру. Я был уже возбужден, и у меня стоял, и мне не требовалось даже расстегивать ширинку, чтобы ему это показать.

– Ты не умеешь четко выполнять указания, – заметил Джейми, поскольку я не двинулся с места. – Такие модели не остаются в этом бизнесе надолго. Они очень быстро зарабатывают репутацию «трудных», и их перестают приглашать, как бы они ни просили. Я как-то видел, как один такой красавчик отсасывал трем мужикам подряд, чтобы ему только дали шанс прийти на пробы, и он сосал, пока у него все губы не распухли, а из глаз не потекли слезы. А они потом еще несколько часов с ним развлекались, заставляли сниматься в идиотских позах и похабных костюмах, унижали по-всякому, а потом все равно отказали. Ты до такого хочешь докатиться, а, Роб?

Его голос звучал холодно и равнодушно, но, когда я поймал его взгляд, он чуть приподнял брови, показывая, что я должен как-то отреагировать. Я поджал губы и слегка покачал головой, давая понять, что это уже слишком, но не выходя из роли.

– Нет! Нет, сэр, пожалуйста, не надо, я не буду «трудным», вот…
Я встал на ноги и повернулся к нему, так чтобы очертания моей эрекции были хорошо видны, и часто задышал, как будто испугался, что он на самом деле выкинет меня вон.

– Уже лучше, – сказал Джейми, смягчившись. – Мне нравится, когда человек быстро всему учится. О-о, теперь я вижу, что тебе действительно нравится моя идея. Прекрасно. Раздевайся, сейчас я тебе подберу что-нибудь для фотосессии.
– Да, сэр.

Я разделся, с трудом справившись с пуговицей на джинсах дрожащими пальцами. В чем он предложит мне сниматься? А если бы я все-таки дал ему разыграть более жесткий сценарий? Вдруг то, что он надел бы на меня «в наказание», доставило бы мне удовольствие?

Оказалось, мой костюм состоял из кожаной куртки и… ничего больше, а позировать я должен был сидя верхом на стуле. Пошло, зато эффективно.

– Первые снимки, скорее всего, никуда не пойдут, это просто чтобы ты немного расслабился, а я посмотрю, как ты получаешься на фото, – говорил он, но я уже плохо слышал его сквозь шум крови в ушах и плохо соображал от возбуждения.

Он взглянул на мой выразительно торчащий вверх член и поджал губы:
– Та-ак, как бы нам лучше сделать? Оставить как есть для большего эффекта или уже разобраться с этим, чтобы ты мог сосредоточиться?
Я попытался ответить легко и непринужденно, что было весьма непросто:
– Как тебе больше нравится. Ты начальник.
Джейми улыбнулся:
– Ты даже представить себе не можешь, как именно мне нравится. Не хочу, чтоб ты решил, что я пытаюсь воспользоваться положением, как другие фотографы. Если ты предпочитаешь, чтобы я занимался своим делом и к тебе не приближался, так и скажи.
– Ты мне платишь, чтобы я делал то, что тебе нравится. Просто скажи мне, что делать.
– Боюсь, я могу тебя шокировать.
– Очень в этом сомневаюсь.
Последнюю фразу я произнес от себя лично, а не от «фотомодели», и он, видимо, это уловил, потому что прекратил наконец прощупывать почву и перешел к тому, чего мы с ним оба хотели.

Он отошел от меня – уверенно, неторопливо, целенаправленно – и вместо фотоаппарата взял в руки кисточку, выбрав одну из стаканчика возле мольберта, – плоскую, примерно в палец шириной, с длинной деревянной ручкой с закругленным концом.

Я начал гадать, что он собирается с ней делать, но потом отбросил эти мысли. Пусть он сам покажет. Я не был связан и к тому же уже успел убедиться, что он готов подгонять свои идеи под то, чего хочу я. С одной стороны, мне это нравилось; с другой, если мы решим повторить, я бы сказал ему, что можно действовать жестче. Я знал свои границы допустимого; мне было любопытно, где границы у него.

Он поводил кисточкой по моим соскам, заставив их затвердеть, потом по головке члена, проникая щетинками в отверстие, пока я со стоном не дернул бедрами вверх.
– Больно?
– Нет. – Я едва не заскулил, горло жгло от сдерживаемых звуков. – Щекотно.
– Так, теперь вот что… – Ровный голос, лишенный эмоций, заставил меня поежиться от удовольствия. Он весь состоял из противоречий, прямо как я. Снаружи такой белый и пушистый, но внутри под сладкой ватой стальной стержень. – Я хочу, чтобы ты ласкал себя. Кончи для меня и все собери в руку. – Он поднял влажную кисточку к моему лицу, так близко, что я даже уловил солоноватый запах собственной смазки. – Я буду на тебе рисовать.

Я не стал задавать вопросов или спорить с ним. Он, наверно, уже приготовился к возражениям или шоку, но я не смог бы этого сыграть. Тем более, по мне, так он заслуживал награды за проявленное терпение и воображение, и я не замедлил дать ему желаемое.
– Да, сэр.
У него перехватило дыхание.
– О господи, как ты это сказал! Прямо как надо… Блин, как же ты хорош, Роб, это будут просто офигенные фотографии.

Я быстро задвигал рукой, но он смотрел не только туда, но и на мое лицо, и я замедлил движения, чувствуя близость, растущую между нами с каждым рывком моей руки вверх по члену, с каждым скольжением вниз. Я делал это сам, но по его приказу, и сольный акт от этого становился совместным действом, и когда я кончил, от смеси облегчения и удовольствия застонал Джейми. Он коснулся моей руки, и на его пальцах остались густые беловатые капли моего семени.

Я откинулся назад, сложив руку горстью, предлагая ему свое тело для творчества. Кожаная куртка сползла назад, и я замер, выгнувшись в неудобной позе, с все еще колотящимся сердцем, быстро поверхностно дыша. Этот оргазм только заставил меня хотеть еще; до удовлетворения было еще очень далеко.

Он обмакнул кисть в быстро подсыхающую лужицу и написал на мне одно слово: «МОЙ». Коротко и ясно. Крупными прописными буквами. Я чувствовал на себе каждую букву так остро и отчетливо, как будто она была вырезана на моей коже ножом.

Держать эту позу, пока он фотографировал, оказалось пыткой, которую я сам на себя навлек. Надпись подсыхала под горячей лампой, стягивая кожу и отваливаясь хлопьями.

А потом я взял его член глубоко в горло, жадно втягивая его в себя, а в конце глотая, сколько он дал, прежде чем отстраниться и забрызгать исчезающую надпись у меня на груди, ставя новую метку.

Я всегда любил делать минет, но после обычно старался побыстрее отстраниться и размять затекшую челюсть; с Джейми, я потянулся за ним, когда он вышел, пытаясь догнать и лизнуть его еще разок, но он уже взялся за фотоаппарат.
– Обязательно надо снять тебя вот так… Да, подними на меня взгляд… Нет, губы не облизывай, я хочу как есть…

Вот эта часть оказалась хорошей проверкой моей способности подчиняться ему. Все, что мы делали до этого, было проще. А сейчас, когда я кончил, и он тоже, мне сложно было принять то, что сцена еще продолжается и закончится, только когда он скажет. Мне уже хотелось в душ, смущение и неловкость усиливались по мере того, как спадало возбуждение, но он очень хотел доснимать. Если он и заметил мое недовольство, то комментировать не стал, но камеру отложил гораздо раньше, чем я ожидал, и велел идти мыться.

Меня слегка расстроило то, что он не пошел со мной, но, по-быстрому приняв душ в его крошечной ванной, я понял, что вдвоем нам бы там было просто не развернуться. Я пару раз приложился локтем об стенку, намыливая грудь.

Когда я вышел, он уже ждал меня со стаканом пива и готовыми фотографиями на экране. Не все получились хорошо; некоторые он удалял без комментариев, пока не осталось штук десять или чуть больше. Мы с ним разглядывали их в молчании. Я пытался смотреть объективно, сосредоточившись на тех, где не видно лица, потому что так легче было оценивать. Черт, снимки вышли безумно эротичные.

– Не беспокойся, я могу их удалить, когда ты уйдешь, – сказал Джейми.
– Не надо. И я бы не отказался получить копии.

Ему определенно было приятно это слышать. Он тут же отправил их мне на мейл, а потом опять развернул одну, ту, на которой свет падал прямо на слово, написанное у меня на груди, и оно вполне читалось – по крайней мере, если знать, что оно там есть.

– Ты обалденно получился, Роб. Фотографии шикарные. И всю сцену отыграл идеально. Но… разве это ты? Это все, что в тебе есть?

Его скепсис был очевиден, и я не знал, что ответить, поэтому решил блефовать.
– Я делал то, что ты хотел. Ты же знаешь, что я никогда раньше не участвовал в Д/С сценах, но я старался…

Он покачал головой, как будто его что-то не удовлетворяло или тревожило.
– Ты был великолепен, но это не ты. Точнее, это не все. Я вижу на фотографиях. Как будто ты… что-то пытаешься спрятать внутри.

Чертовы художники с их обостренным восприятием. Мама тоже была такой. Слава богу, я был по большей части предоставлен самому себе, но уж если я попадал в поле ее зрения, она не успокаивалась, пока одну за другой не рушила все мои защитные стены, оголяя живое трепещущее нутро, которое я предпочитал ограждать от посторонних глаз.

– Слушай, Джейми. Все было здорово, правда. Горячо. Я бы с удовольствием повторил, с играми или без. Но мы же только познакомились. Не думаешь же ты, что можешь вот так запросто меня прочесть? Это невозможно.

Я покрылся холодным потом, и вонючий страх физически отравлял каждый вдох. Если я и расскажу ему когда-нибудь о своем кинке, это произойдет на моих условиях. Когда это будет откровенность, а не вырванное признание.

– Эй. – Джейми взял мое лицо в ладони, но не нежно, а наоборот, твердо, возвращая меня в реальность. – Я совсем другое имел в виду, и ты прекрасно это знаешь, но я не собираюсь давить на тебя.

Он поцеловал меня, и продолжал целовать, игнорируя тот факт, что я не отвечаю, пока я не сдался, жадно целуя его в ответ, чувствуя, что эта жадность выходит за рамки физического желания. Когда мы оторвались друг от друга, я дрожал и отчаянно цеплялся за него. Боже.

– Ты совсем не кажешься мне чужим, – шептал он мне на ухо, успокаивающе гладя по спине. – Пожалуйста, не надо со мной, как с чужим… Можешь мне рассказать столько, сколько захочешь… Или ничего не рассказывать… Только не надо вести себя так, как будто то, что мы только что делали, для тебя ничего не значит…

Кое-что я вполне мог ему рассказать – в какой-то момент он все равно должен будет об этом узнать, – и это был неплохой способ проверить, умеет ли он держать язык за зубами. Я высвободился из его объятий.
– Хорошо. Я расскажу тебе одну вещь, которую не говорю всем подряд, если ты обещаешь не трепаться.
– Обещаю.
Мне понравилось, что он на секунду задумался, прежде чем ответить, – когда обещание дается быстро и легко, это настораживает.

Я махнул рукой в сторону репродукции «Пируэта»:
– Дженна Валенс была моей матерью.

Люди по-всякому реагировали на это сообщение. Одни переспрашивали «кто?!», другие считали, что я вру, третьи тут же решали, что я богат и должен быть просто счастлив потратить на них свои деньги.

Джейми резко втянул в себя воздух и сказал с ясной искренностью:
– О господи, Роб, мне так жаль. Я понимаю, уже несколько лет прошло, но со смертью матери или отца свыкнуться невозможно. Хочешь, я уберу картину, если тебе тяжело на нее смотреть?

Меня буквально затопила очищающая волна облегчения и удовольствия от того, что Джейми отреагировал без банальности, без пошлости.

– Не надо, пускай висит. Хотя она бы с тобой согласилась, что это не лучшая ее работа.
Он не стал извиняться; еще одно очко в его пользу.
– Нет, но она все равно очень хороша. Она здесь использует цвет для создания объема, и это так… – Он расстроенно покачал головой от невозможности выразить собственную мысль. – Блин, никогда не мог объяснить это словами… А ты сам рисуешь?
– Я даже не малюю.
Мои слова его развеселили.
– Тогда не буду тебя грузить долгими рассуждениями, но можешь мне поверить, я ее большой фанат.

– Может, покажешь мне что-нибудь из своего?.. – Я в ту же секунду пожалел о своих словах, но он снова покачал головой:
– Страшно.
– Да я не разбираюсь в искусстве. Совсем. Ничего в нем не понимаю. Так только, нахватался от матери и ее знакомых… Могу только оценить на уровне нравится – не нравится.
– Ты будешь чувствовать себя обязанным похвалить из вежливости, и я это пойму. Так же, как понял, глядя на твои фотографии, что… нет, стоп. Не будем опять об этом. Нет. Но можешь попросить посмотреть мои работы через месяц, если не передумаешь.

– А ты так уверен, что через месяц я еще буду здесь?
Джейми провел большим пальцем по моим губам. Интимный, собственнический жест оставил теплое покалывание на коже.
– Я не уверен. Я надеюсь.
Я прихватил ласкающий меня палец зубами, лизнул укус, прежде чем отпустить. Он ответил удивленной улыбкой.
– Ага, я иногда кусаюсь, – ухмыльнулся я.
– Как бы мне теперь об этом забыть до следующего минета. – Он вопросительно наклонил голову. – У нас ведь будет следующий раз?
– Ага. – Я потер рукой рот – губы, которые он сегодня целовал, гладил, трахал. – Мне, правда, надо кое-что срочно доделывать в доме, так что, может, через неделю?
– Очень долго. А может, я как-нибудь до этого зайду вечерком? Помогу тебе. Прямо мечтаю побывать внутри.

Дома или меня? Вслух я этого говорить не стал.

– Хочешь, приходи в субботу. Я тебе устрою экскурсию. Только имей в виду, будешь ты помогать или нет, в любом случае надень что-нибудь, что не жалко порвать или испачкать. Там грязища.
– Утро у меня занято, а потом могу прийти и принести тебе ланч, – предложил он. – Ты с чем любишь сэндвичи?

Я уже и не помнил, когда меня последний раз угощали ланчем. Или обедом. Или завтраком. Черт, да хоть выпивкой, кроме тех случаев, когда целенаправленно соблазняли. В детстве мы часто переезжали, и я довольно рано усвоил, что друзья, которые обещают звонить и не пропадать, редко выполняют обещание. Родственники у меня имелись, с маминой стороны, но не много, и близких не было. Когда мама решила вернуться в родные места, я жил в Балтиморе. Сюда я приехал уже после ее смерти, чтобы заниматься продажей ее дома, и просто влюбился в этот город. Смутные воспоминания детства делали его улицы до боли знакомыми, несмотря на новые торговые центры и деревья в местном парке, которые я помнил еще саженцами, и которые теперь стояли высокими и сильными, с крепкими стволами.

Отец мой и вовсе был неизвестной величиной. Когда мама от него залетела, он просто слинял, и не подумав жениться или хотя бы убедиться в том, что я родился здоровым. Я никогда не пытался искать его, а мама подписывала картины псевдонимом, который взяла от фонаря, и если она таким образом пыталась от него скрыться, то ей это удалось.

– Я ем все, кроме печенки и морепродуктов.
– Буэээ.. Мне теперь представляется огромный сэндвич, а в нем печенка и омар…
Я содрогнулся.
– Даже не думай!
___________
2 Том оф Финланд (настоящее имя Тоуко Лааксонен, псевдоним означает «Том из Финляндии») – финский художник XX века, наиболее известный своими стилизованными гомоэротическими рисунками.

Глава 3

"No one else would ever measure up to Owen."(C)
"Pain is incredibly useful as a shortcut." (C)

"All the love." (C)
Поблагодарили: Viktoria, VikyLya, KuNe, SvetВладимировна, Жменька, ninych, TaniaK, Peoleo, Alexandraetc, Virsavia, ezzy, Анхэна, ПроталинА, turinap, Landyish, ТанечкаТ, anakondra, indiscriminate, Naro_Law, blekscat, Sophia, Maxy

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.